?

Log in

Previous Entry | Next Entry

У нас с друзьями такая традиция каждый год 31-го декабря… - время от времени проводить игры.
Игры бывают разные: большие и маленькие, серьезные и не совсем серьезные. И задачи тоже разные.

На сей раз игра получилась из разряда «психологические этюды», то есть небольшие монологи, диалоги, сценки или что-нибудь в эпистолярном жанре (жестко не ограничивали), в которых загаданные персонажи раскрывали свое отношение к Книге и по возможности повествовали о своих личных библиотеках.
Идея принадлежит joachim_murat и приурочена ко дню рождения Наполеона Бонапарта.
Персонажи привлекаются, как всегда, достаточно известные. На сей раз играли только французы. А период, который им ограничили (это понятно, поскольку и у одного и того же персонажа библиотека с интервалом в 15 лет могла быть не одна и та же. Но все-таки, поскольку игра есть игра, легкие анахронизмы могут встречаться), - 1769-1800 годы (это не границы рождения-ухода, это период, в который мог бы иметь место данный монолог!). В этюдах отражаются реалии жизни персонажа, так что каждый деталь, в общем-то, не случайна, и способствует отгадке.

Под катом – семь этюдов.
Вы можете поучаствовать, граждане коллеги. Либо предложить свой этюд для отгадывания, либо предложить варианты отгадок (одну, две, три или же все семь – как захотите).


1


За чашкой ароматного кофе, вальяжно закинув ногу на ногу, поправив непослушный локон, который посмел покинуть своих собратьев, с легкой улыбкой в красивых, немного лукавых глазах.
- Библиотека? О, в самом деле, я, к счастью, не среди тех, кто становится рабом своих книг. Книги, в сущности, нужны только для того, чтобы мы находили в них то, что желаем найти. Мы читаем только то, что желаем, не глядя на то, что тот, кто называет себя автором, хотел написать. Сейчас, право, я собрал библиотеку, которой может позавидовать любой, но, увы, я не имею времени… Ну, если предположить, что когда-нибудь, на склоне лет, я вернусь к книгам, оставив свое поприще, в котором нахожу больше удовольствия… Потому лишь, что вижу все, о чем раньше читал, воочию. В самом деле, это весьма забавно. Наблюдать слабости, интриги, характеры такими, какими они есть… Произнесенные слова, все равно, что увядший цветок. Они ничего не стоят. А вот то, о чем мы молчим - это сокровище. Берегите тайны… Болтуны - это те несчастные, которые доверяю своему языку больше, чем своему рассудку. Впрочем, книги… Я всегда любил древних историков. Пример Алекивиада говорит нам, что щепетильность – то качество, которое не красит Государя. Угождать всем, не меняясь самому, - вот поведение истинного политика. Да, да, никто не может отказать себе в удовольствии читать о других. Возьмите биографию. Любую - поэта, государственного деятеля, моралиста… Вы найдете в этих людях все слабости, присущие вам. А так приятно, когда мнение автора совпадает с твоим. Если же нет, то спор не стоит продолжать. Прав все равно окажется тот, кто имеет более власти. То есть тот, кто закроет книгу, едва она покажется ему неугодной. И, уверяю вас, во всех спорах такого рода прав оказывался всегда я. Что еще? О, путешествия. Это сказка моей юности! Уверяю, я совершил не менее десятка кругосветных путешествий, не выпуская из рук переплета. Я повидал множество стран, кораблекрушений, бедствий, даже переворотов… Человек слаб. Он любит находить в книге то, что никогда бы не желал найти в собственной жизни. Если бы судьба сделала меня мореходом, я бы не был ей благодарен. При всем моем почтении к этой уважаемой даме. Но любить путешествия, в которых ты никогда не примешь участия - это естественно. Путешественники любят немного преувеличить. Если слог хорош, то этот недостаток можно простить. Если рассказ чересчур драматичен, почему бы и нет? Сравните эти беды с теми, которые Вас огорчают… Если сравнение окажется не в вашу пользу, уверяю Вас, Вы получите истинное удовольствие. Я советую не пренебрегать библиотекой. Никогда. Какое бы настроение у вас не было, если ваша библиотека хороша, она сослужит вам хорошую службу…
Красивые, лукавые глаза вновь улыбнулись.

2


Мой дорогой Никола,
с радостью пользуюсь представившейся оказией и свидетельствую Вам свое неизменное расположение.
Мои обязанности отнимают у меня львиную долю времени, и, признаюсь Вам, что и в краткие часы досуга мысли об этом не оставляют меня. Здешнее общество не слишком располагает к светским беседам, я изъясняюсь преимущественно языком приказов и докладов. Ко мне прислушиваются, но постоянное почтительное внимание хочется порой сменить непринужденным разговором. Я сожалею о том, что лишен моей привычной обстановки. Вы знаете мою библиотеку в Э., и Вы недоумевали (да-да, не предупреждал ли я Вас, что от меня трудно скрыть непроизвольные чувства?), к чему мне, адвокату, столько книг по математике и естественной истории. Если Вы приписали это моему тщеславию ревностного собирателя редкостей – разуверьтесь. Когда-нибудь я расскажу Вам историю их появления на полках в Э. Присутствие их есть источник смутной надежды, и тем более необходимо мне, чем дальше от меня надежда…
Но я не так эгоистичен, чтобы в часы общественного бедствия занимать людей и подводы доставкой моих книг в Ш.; мои желания скромны; всего несколько любимых авторов, чьи страницы я мысленно повторяю наизусть, скрасили бы мое пребывание здесь.
писал ли я Вам, что открыл давний приют великого Жан-Жака? Я распорядился почтить его память мемориальной таблицей.
У меня два издания «Прогулок…»*, одно - простое, в осьмую листа, с тиснением, - удобно носить с собою. Словно безмолвный спутник сопровождает тебя… Замечали ли Вы, дорогой Никола, что иногда молчание возможно сказать больше, чем словами? Есть книги, до того мной залистанные, что я могу их читать, закрыв глаза, только кончиками пальцев. Это похоже на дружеское рукопожатие. Книга послушно раскрывается или, напротив, упруго неподатлива, как и те мысли, которым особенно противится мое «я»…

«Для того чтобы мы были счастливы,
нашему счастью должно всегда чего-нибудь не хватать».**

«Мы никогда не ограничиваемся настоящим. То мы желаем, чтобы поскорее наступило будущее и сожалеем, что оно как будто медленно приближается к нам; а то вспоминаем прошедшее, хотим удержать его, а оно быстро от нас убегает. Мы так неразумны, что блуждаем во временах, нам не принадлежащих, не думая о том, которое дано нам. Все наши мысли могут принадлежать времени, которое давно ушло в прошлое, и поэтому мы без размышления упускаем настоящее.

Оба проводника истины, разум и чувства, помимо присущего обоим недостатка правдивости, еще и злоупотребляют друг другом. Чувства обманывают рассудок ложными внешними признаками. Разум тоже не остается в долгу: душевные страсти помрачают чувства и направляют их по ложному пути. »***

Но… сказать ли? Я ощущаю, что здесь, когда мне удается поднять взгляд от повседневности к сверкающим вдали шапкам снегов, с которых взирает на нас сама вечность, мое сердце и разум приходят в равновесие друг с другом…

Вестовой явился за пакетом, и я вынужден прервать сам себя.
Обнимаю Вас, дорогой мой, /и проч./

ХХ февраля 1793 года, департамент М******

Примечания издателя:
1) адресат - лицо реальное,
2) ситуация - тоже реальная,
3) все упоминаемые имена собственные, названия мест и городов - реальные,
4) эпистолярный жанр обусловливает несколько сумбурное изложение и небрежность. Отправитель знает, что адресату известны авторы и книги, им упоминаемые.
Итак, любимые книги:
* - "Прогулки одинокого мечтателя" Жан-Жака Руссо,
** - поэма Клода-Адриана Гельвеция "О счастье",
*** - Блэз Паскаль, "Мысли".



3


Вечером 3 марта 1794 года на палубе торгового судна, следующего в Новый свет, стояли два скромно, но прилично одетых господина, оба средних лет. Довольно долго они молчали, не отрывая глаз от удаляющегося берега. Наконец, один из путешественников заговорил:
- Как странно устроен человек. Я расстаюсь со всем тем, что составляло доныне мое окружение, мои привязанности, наполняло мою жизнь – и не испытываю тоски. Только сожалею…
- О чем же? – рассеянно поинтересовался спутник.
Наш герой немного переменил позу, покрепче ухватившись за рейвера и перенеся центр тяжести на другую ногу, но сделал это с безупречным изяществом.
- За годы учебы я так пристрастился к чтению, что, едва обрел некоторое положение и средства, поспешил обзавестись библиотекой. Поначалу это выглядело, словно неискушенный и к тому же долго голодавший человек хватается то за одно блюдо, то за другое без разбора, ради самого процесса еды. Мой кабинет оказался забит книгами по истории, романами, трактатами о религии и военном деле. Мне нравилось любоваться разноцветными корешками, проводить пальцами по обрезу книги, перелистывать страницы. И я давал себе слово, что прочитаю все, и выписывал и выписывал книги, обогащая издателей. Со временем голод притупился, а вкус мой сделался тоньше. Я стал ценить книгу не только за ее содержимое, но и за качество бумаги, печати и переплета, а также за славу. Ведь так мы оцениваем и вИна. К тому же, не стоит забывать, что обладание редким вином, породистой лошадью и ценным изданием помогают нам укрепиться в мнении общества… - он снова повернул голову в сторону берега, - Впрочем, это оказалось не так уж важно, в конечном счете. Но я сожалею о своей библиотеке, собираемой сначала с энтузиазмом, затем с тщанием уважающего себя коллекционера, и хранимой столько лет с нежностью, не меньшей, чем хранят любовные письма. Мой забавный милый Дефо с превосходными гравюрами, мой немногословный Тацит, мой дерзкий, хотя, в сущности, робкий, Маккиавелли… К чему я вовсе не имел склонности, так это к поэзии, но сейчас мне был бы мил томик Овидия – и наивный перевод Филиппа де Витри…
Установилось молчание, которое нарушил первый путешественник.
- Я распорядился перевезти самую ценную часть библиотеки к моему постоянному поставщику, - сказал он тоном, почти обыденным. – Что-то мне говорит – я вернусь туда.


4


Не старый еще мужчина сидит за письменным столом и ведет дневник. Отблески заката освещают его комнату. В ней много бумаг. Легкий бриз наполняет помещение приятной вечерней прохладой. Из его окна видно море.
Он покусывает кончик своего пера и смотрит вдаль. Множество листов уже исписаны, он явно ищет подходящее слово.
… В моей жизни было много моментов, которые заставляли меня страдать. Я терял дорогих мне людей, я жил с людьми, которых ненавижу… И всегда, всегда я находил успокоение в книге. И я помню книгу, которая поразила меня больше всего. Она пришла ко мне в тот момент, когда я потерял самое дорогое для меня живое существо. Мое горе было безбрежно. И вот, в библиотеке деда, я нашел ее. Старую, в простом переплете, без теснения.
Мне трудно сказать, что мне понравилось в ней. Весь мой дневник был изрисован портретами Санчо и его хозяина. Но для меня, для несчастного, стремление к подвигу значило столько же, сколько Декларация прав. Я видел в нем, старом идальго, ту идею, которой мы дышали! Да здравствует свобода! Да, я якобинец и я горжусь этим! Я якобинец, каким был Дон-Кихот - герой моей юности! Я дорожил его дружбой, я старался быть таким же, как он: честным героем. Потом я узнал другого, на этот раз - англичанина. И каждый раз, когда я вижу его пьесу, или читаю - сердце мое начинает трепетать. Сервантес и Шекспир - это вершина литературы. Я перелетная птица, мне негде держать большой библиотеки. Но Шекспир и Сервантес - они всегда со мной. Шекспир понимает человеческое сердце. Он показывает страсти, которыми мы живем, не желая, в наш век признаться себе в этом.
Я оглядываюсь теперь назад и понимаю, что всю свою жизнь я жил с книгами… Сервантес, или Дюбо. Я получил его книгу в награду. Помню, как будто это было вчера: "Критические размышления о поэзии и живописи". 1719 год. Эта книга отвечала моим душевным потребностям, которые мне самому были тогда не известны.
Конечно, я читал Руссо. Нет во Франции человека, который не читал великого Жан-Жака. Нет во Франции человека, который бы не читал Вольтера. Я не преклонялся перед ним, как мои родственники, но старик забавлял меня.
Я могу сказать, кого я не терплю. Мольер груб, Расин слащав. Корнель слишком прямолинеен. Его характеры слишком совершенны. Мы - люди. Мы имеем недостатки. Мы испытываем страх, желание, любовь… Но главное, это быть таким же, как Дон-Кихот: честным перед самим собой…


5


Записка г-на *** к книготорговцу г-ну Ш.П.
Париж, улица Черутти, ** сентября 179(нрзб.) года

Любезный П.!
(и проч., и проч.)
…и прошу у Вас в течение месяца прислать мне
«Портреты французских королей», соч. г.Мерсье
«Философскую историю» аббата Рейналя - я предпочел бы несброшюрованный экземпляр, какие Вы продаете обычно по 20 су, так как он удобнее для работы.

В июле с.г. Вы намеревались выписать сочинения гг.Алфьери и Винченцо Куоко. Удалось ли Вам осуществить это намерение? Все это время я ожидал известия от Вас с нетерпением.
Мне потребуется также одно из новых изданий «Ночей» Юнга и перевод, сделанный Летурнером.

Если у Вас сохранился хотя бы один экземпляр «Поля и Виргинии» г.Сен-Пьера, Вы приобрели бы в моем лице вечного должника. Только, пожалуйста, прошу Вас, не отправляйте мне издание 1790 года, в нем много опечаток и бумага совсем нехороша.

Благодарю Вас за хлопоты.

Сердечно Ваш (и проч.)
----------
К записке приложена расписка о погашении долга и банковский билет на небольшую сумму.

6


Заканчивался брюмер 8-го года. Над департаментом Нор ветра задували уже совсем по-зимнему. Впрочем, во втором этаже дома на улице Сен-Поль в Ф. хорошо топили.
По всему было видно, что обитатели нескольких комнат – семейство местного нотариуса - не испытывают нужды. Обстановка была не нова, но опрятна, и чувствовался вкус и заботливая рука молодой хозяйки.
В этот полуденный час, казавшийся, из-за плотных сырых облаков, предвечерними сумерками, она занималась хозяйственными счетами, потом, развернув газету, отыскала раздел объявлений и начала выписывать крупным, округлым почерком названия книг, чтобы заказать книготорговцу в А*****.
Она выбрала описание путешествий Виван-Денона, переиздание сказок мадам Лафайетт, несколько книг по медицине, не слишком сложных. Все это время двери в смежную комнату были приоткрыты, и молодая женщина несколько раз выходила взглянуть на малыша, спящего в колыбели. Список продолжили педагогические сочинения, в том числе небезызвестной мадам Жанлис. Новые романы она пропустила, не задерживаясь на них, отметила переиздание «Методической энциклопедии», но это, как и другие книги об экономии, политике и праве оставила за мужем.
Она закрыла газету и собиралась отложить. И тут только увидела сообщение, которое для любой другой читатель наверняка заметил бы прежде всего.
Поднявшись было, она вновь опустилась на стул, вчитывалась в строки, в слова. «Сен-Клу… Совет… гусары… Гений республики…»
Во всем доме стояла обычная тишина, нарушаемая равномерным цоканьем маятника, шагами прохожих под окном или шумом проехавшего экипажа.
Подняв глаза от печатных листков, какое-то время молодая женщина смотрела за окно, не на улицу под слабо моросящим дождем – он все-таки начался, - а куда-то вверх, словно искала среди туч просвета чистого неба.
Медленно, как будто неуверенно, принесла из спальни шкатулку, поставила ее на стол. Откинула крышку и вынула хранившийся почти на самом дне ее томик Мольера в восьмую долю листа, в потертом недорогом переплете. Не раскрывая книги, она сжимала ее обеими руками. Лица ее не было видно за оборками домашнего чепца.

Часы пробили половину второго. Чуть вздрогнув, как если б этот бой доносился из другого мира, она положила книгу на прежнее место, унесла шкатулку, поправила сползшее одеяло на ножках спящего ребенка. Газету она оставила на видном месте в гостиной - и пошла в столовую, чтобы накрыть обед к приходу мужа.

За все несет ответственность издатель – эпизод из жизни персонажа реконструированный. Персонаж реальный.


7


- Гражданка, я прислан в Бордо от Конвента, чтобы следить, как исполняются тут декреты и законы Республики. Не успел я приехать, местное патриотическое общество подало на вас жалобу… Хм, то есть не жалобу, но… ваш муж значится в списках эмигрантов, а вы по этой причине являетесь подозрительной… Тиран?.. подали на развод?.. Это, конечно, существенно меняет дело. Но в городе говорят, что вы выставляете напоказ неподобающую в наше время роскошь и привечаете в вашем салоне… Вы не вполне меня поняли. Я не говорю, что ваш дом подлежит обыску. Вовсе нет!.. Осмотреть самому? Но это не входит в мои полномочия, гражданка. Но… может быть, вы и правы. Лучшее, что можно сделать, - убедиться собственными глазами. Тогда мое решение будет обоснованным, и в случае необходимости я смогу защитить достойную дочь Республики от злостной клеветы…
Это ваша библиотека?.. Но книги, наверное, выбирал ваш бывший супруг?.. Вы сами? Очень похвально. Вы даже подали проект воспитательного плана в правительство? Я не знал об этом. Да-да, я вижу теперь, что вы сочувствуете нашей революции…
«О воспитании»? «Новая Элоиза»?.. Конечно, гражданка, я искренний и горячий почитатель Руссо. Его гений ведет нас. И наши дети… Я хочу сказать: в будущем во Франции дети будут воспитываться только по этой, человечной и естественной системе, заменившей предрассудки Старого режима. Ограничение проявлений свободного духа и подавление природы в человеке безнравственно, что и доказывает история, поведанная Жан-Жаком. Вот и вы… ваша участь… Не плачьте, гражданка, право. Отныне чистые порывы любящих сердец не будут гибнуть под ледяным панцирем смешных условностей…
О, у вас ест и «Общественный договор»… А это что за книга? «Физиогномика»? Должно быть, какой-нибудь шарлатан вроде Калиостро написал ее?.. Нет? Настоящий философ? Тогда любопытно. Быть может, вы мне разъясните его теорию, как-нибудь, в свободное время?.. Да, хотя у меня его очень мало, но… Признаюсь вам, гражданка, я получил достаточное, однако скромное образование. И всегда хотел читать и знать гораздо больше… Хорошо говорю? Вы льстите мне. Это – это не от книг, а идет лишь от убежденности и от сердца.
Я собирал библиотеку. Поскольку я был помощником печатника, мне удавалось собирать несшитые книги. Конечно, у меня не такие богатые издания, как у вас, но я был и этим счастлив. Я собрал все повести и пьесы Вольтера. Я собрал несколько томов Энциклопедии. И Жан-Жака…
Романы? Сказать правду, они не очень интересуют меня. А вот путешествия и открытия – это безусловно. Сам я бывал не столь далеко от Парижа…
А это? Тоже роман?.. Ах, Лакло! Конечно, имя мне знакомо… Знаток тонкостей любви?.. Защитник добродетели?.. Это хорошо. Любовь и добродетель – всегда под покровительством справедливой силы, которую мы представляем!.. Вы даете мне прочесть эту книгу? Благодарю вас, гражданка. Я… надеюсь увидеть вас снова. Я рад найти в вас не врага, а единомышленницу.
http://www.livejournal.com/customize/options.bml?group=sidebar

Comments

( 28 комментариев — Оставить комментарий )
gran_salis
16 авг, 2008 20:08 (UTC)
Разрешается дофантазировать, что было у этого персонажа в библиотеке, или нужна документальная точность?
И как скоро надо представить свое описание или ответы?
vive_liberta
17 авг, 2008 06:52 (UTC)
Можно дофантазировать, исходя из реальных данных, т.е.: что к тому времени было издано, чем интересовался персонаж, насколько был богат, чтобы себе это позволить, где жил в тот момент (может, он в ссылке, так и с книгами у него туго...).
vive_liberta
17 авг, 2008 06:51 (UTC)
Сколько времени? Неделю. До следующего воскресенья.
Условия - все так, как Вы говорите.
Милости просим, не стесняйтесь. Я еще тоже не все отгадала.
lillibulero
17 авг, 2008 16:40 (UTC)
Кого я среди загадок не нахожу - так это Наполеона Бонапарта, по случаю дня рождения которого началась игра… *легкое ироническое недоумение :)*

7 эпизод – первая встреча Терезы-с-Юга (Кабарюс-Фонтене-и т.д.) и Тальена. Похоже на отрывок из романа.
Помнится, в Париже они были на разных ступеньках лестницы и вряд ли бы познакомились, а вот в Бордо иное дело. Время, очевидно, лето 1793 года.
Биографических отсылок достаточно, чтобы быстро отгадать: она молода, богата, замужем за аристократом, эмигрировавшим из Франции, держит салон, составляла проект республиканского воспитания; он – парижский помощник печатника, депутат Конвента, хороший оратор (и это не лесть, Тальен действительно был хорошим оратором).

1 и 3 эпизод – один и тот же персонаж, Шарль-Морис Талейран де Перигор.
В 1-м эпизоде не обрисована ситуация, но вполне прочитывается характер персонажа и скрытые цитаты из его мемуаров.
В 3-м эпизоде, кроме того, что указаны обстоятельства, дан и выразительный нравственный портрет.

2 эпизод – Мари-Жан Эро де Сешель. Сначала опознан по времени пребывания в департаменте Мон-Блан. А чтение «Необязтаельных комментариев к поездке в Монбар» меня убедило, что я не ошибаюсь.

Об эпизодах 4, 5 и 6 могу сказать, что все они «имеют место» после термидора, конечно, и как-то внутренне связаны с робеспьеристами, но в чем эта связь – тут мои знания заканчиваются.

***
Если время для разбега еще остается, попробую что-нибудь представить, но не обещаю. :)
gran_salis
20 авг, 2008 17:05 (UTC)
Т.к. знаний у меня мало, а опыта вообще никакого, я запряг одновременно 3 метода.
1 – просмотрел, кто обычно выбирается в играх
2 – попробовал восстановить по биографич.деталям
3 – оценить политич.убеждения по выбору книг.

Вот что получилось.
№ 1. Богатый, принадлежит к высшему свету. С большим самомнением, ленив, царедворец. Не считает себя никому обязанным. Претендует на то, что знает, как управлять. – МИРАБО.
№ 2. Тоже знатный и образованный человек, который «спустился» в революцию. Искренний революционер. Склонен философствовать. Экзистенциалист 18 века. По дате и географии я нашел-таки, кажется – СЕШЕЛЬ.
№ 3. Эмигрант, только меня смутила дата 1794 год. Эгоцентричный, с огромной выдержкой. Человек не очень глубокого ума, но любознательный. – ТАЛЕЙРАН.
№ 7. Комиссар Конвента, человек прямолинейный, несколько наивный, поддается на кокетство знатной дамы. Эпизод в реале известный, в общем-то. – ТАЛЬЕН, ТЕРЕЗА Кабаррюс.

№№ 4 и 5 – этих данных мне мало. Никаких предположений.

№ 6. Дама рассудительная, не увлекается романами и легким чтивом. По убеждениям, на стороне республиканцев. Знавала другие дни и другую, более деятельную жизнь. Может, я ошибаюсь, но похоже на Клару Лакомб.
gran_salis
20 авг, 2008 17:57 (UTC)
"загадка" :)
В его библиотеке "Естественная история" Бюффона соседствует с теологией, Кондильяк с Боссюэ.
Монтескье, Мабли, политические сочинения Руссо - представлены в полном объеме. Все, что могли предложить французские и швейцарские книгоиздатели и торговцы, он выписывал. Локковский " Опыт о человеческом разумении" и Фенелон, "Исторический и критический словарь" Бейля и Фонтенель.
И, конечно, Энциклопедия, издания 1780 года.
Но особенное место занимают труды Канта и философы Нового света: Бенджамен Франклин, Томас Купер, Самюэль Джонсон и Томас Пейн.
Романы, поэзия - напрасно бы стали Вы искать их на этих полках. Зато есть Плутарх и Марциал, вдохновляющий владельца библиотеки на памфлеты.
caffe_junot
20 авг, 2008 18:23 (UTC)
переношу сюда отгадки из других коммюнити
Очевидец

Комиссар Конвента в Бордо – это Тальен. А пришел он к Терезе Кабаррюс (если верно, что она до развода уже мужнину фамилию де Фонтене отбросила. Ну, допустим, верно).
Почему они? Потому что на Фрерона гораздо меньше похоже. А Тальен – вполне себе. Оратор он был весьма хороший. Помощник печатника. Парижанин. Из низов. Быстро увлекается хорошенькой женщиной. Читает и собирает в основном самые ходовые книги.
А Тереза – она неглупая была, по всему очевидно, хоть и не интеллектуалка. Конечно, куда она без Руссо и без Лакло, с другой стороны? Наверняка предпочитала легкую литературу, я больше чем уверен. Но вполне допускаю, что и в «Общественный договор» она заглядывала больше трех раз. Хотя бы для того, чтобы в свой воспитательный прожект вставить парочку цитат.

На отплывающем корабле беседует Талейран, а с кем… эх, не помню я его попутчика, а лезть в мемауры далеко.
В общем, определил я Талейрана прежде всего по тому, как он на рейвера оперся, чтоб нога не устала. И дальше – по спокойному, несколько небрежному тону.
Что касается его выбора книг. Он сам признавался, что в детстве его учили плохо. К книгам он пристрастился лишь в семинарии. И вообще он больше гурман, чем читатель. Это верно подмечено. В общем, какое-то сложилось цельное впечатление, за то, что это именно Талейран.

Письмо из департамента Монблан, из Шамбери, пишет Эро де Сешель. В принципе, и не надо было столько откровенных подсказок :). Руссо был у всех, но Руссо в сочетании с Гельвецием да еще и Паскалем – тут однозначно Эро. Еще и книжки по математике и естествознанию.
Стиль похож на письма Лафатеру и аббату Масьё. Так что без особых трудностей угадывается.
Письмо адресовано, видимо, Бельарту-нехорошему человеку.

Господин за чашечкой кофе. Поскольку там были перефразы из мемуаров Талейрана, я другие варианты и не рассматривал. Да, это его мысль – хорошая библиотека оказывает поддержку при любом настроении, а книги не должны порабощать и жизнь, как источник знаний, все равно богаче любой книги.
На счет красивых глаз… Ну, ладно. Пусть :) «В молодости и черт был красив», как гласит французская поговорка. А уж хитер – тут не поспоришь.

Серьезно стопорнулся я на якобинце. Еще не стар – дневник – ветер с моря – «перелетная птица» - и Сервантес. Но это ладно, все могло бы подойти Бийо-Варенну, скажем, но рисунки, рисунки! И трактат Дюбо… Давид? А море-то где?
В общем, ничего я не решил.

Записка с улицы Черутти. А вот догадайтесь с трех раз! :)))

Молодая женщина с томиком Мольера у меня тоже вызвала больше вопросов. И почему именно в связи с 18 брюмера она достает книгу, ей чем-то дорогую?
Бабетта? Так у нее и ребенок постарше уже к тому времени. Или это апокриф?..
В общем, я еще думаю, но пока на нуле.
Всем спасибо!
caffe_junot
20 авг, 2008 18:24 (UTC)
«Иль у меня в глазах двоится?..»
Л.

Все зависит от того, на чью волну настроишься.
Поскольку я долго выбирала, и, в конце концов, выбрала (то бишь меня выбрал персонаж) вовсе не из тех, к кому подбиралась, в вальяжном обаятельном цинике мне сначала почудился Эро. Несмотря на цитаты из мемуаров Талейрана. Алкивиад, в частности, - субъект, который в первую очередь с Эро связан. И в целом есть мысли, созвучные «Теории амбиций».
Однако подумала, что «угождать всем, не меняясь самому, - вот поведение истинного политика» - это кредо все-таки талейрановское.
/Теоретически, аналогичным образом разглагольствовать мог и г.Нарбон, и Лалли-Толендаль какой-нибудь, но едва ли их кто-то выбрал, так я рассудила./
*
Второй Талейран объявился вслед за первым. Раз названа дата отплытия корабля, раз пассажир хром, раз недоступен тоске, а лишь «сожалеет» - кому тут еще быть?!
Даниель Дефо, как мне помнится, упомянут в каком-то анекдоте о Кэтрин Гран; стало быть, «Робинзон» присутствовал в библиотеке Талейрана, а раньше-позже, это уже детали. Не сомневаюсь, что «Государь» Маккиавелли у него тоже был. Что Талейран – не поэтическая натура, я готова признать. Почему Овидий… Догадалась посмотреть: перевод де Витри был одним из первых французских переводов, и, стало быть, мог представлять библиографическую редкость.
Его спутником был Бомец, хотя я точно не помню, отчалили они из Лондона вместе или повстречались уже в Новом свете.
*
Список-заявка с улицы Черутти сделан Барером. Опознала по набору итальянцев, которых он как раз в то время переводил, и Юнгу, перевод которого он готовил несколько позднее, в начала 1800-х. Зачем ему Мерсье, я не догадалась. А вот Рейналь… тут, скорее, важно, что он заказывает несброшюрованный вариант, и ему стыдно сказать, что он таким образом экономит.
А роман «Поль и Виргиния» Бернардена де Сен-Пьера, сколько я помню, прославился описаниями природы. Тоже вполне понятно и логично: скучающий по родным Пиренеям ББ желает чего-то умилительного и сентиментального.
*
Якобинец-«донкихот» без определенного места жительства, рисующий и получивший в награду "Критические размышления о поэзии и живописи". В награду за что? за школьные успехи? За участие в конкурсе?.. Ага, в Академию цветочных игр.:) «Всю свою жизнь жил с книгами…»
Сервантес и Шекспир. И море.
В целом это выводит на Бийо скорее всех других. На его прямолинейность и ориентированность на театр похоже.
Однако полной уверенности у меня нет.
*
Письмо из Шамбери направлено Никола Бельару от Эро. Все обстоятельства воспроизведены точно. И умонастроение, как мне кажется, тоже. :) Триада Руссо-Гельвеций-Паскаль. Словом, с точки зрения формальной истории и то не придраться.
*
В Терезе и Тальене я нисколько не сомневаюсь. И даже в том, кто их на сей раз привел :).
Тут и соответствие довольно распространенной легенде, но и апокриф. Такие этюды трудно бывает разложить по полочкам, все очень естественно, хоть и не без издевки.
Интересная мысль – о том, как Тальен собирал собственную библиотеку, пользуясь работой в типографии. И вообще прием хорош – показать библиотеку персонажа глазами другого.
*
Сценка в городке департамента Нор – а думайте, коллеги, думайте. Все очень просто и все по известнейшим рассказам.
***
Всех благодарю. А после выскажу еще кое-какие соображения по самой игре.
caffe_junot
20 авг, 2008 18:24 (UTC)
С-Нежана

Как интересно! А я читала другие игры и все думала, как вы это делаете.
У меня не получится участвовать, знаний явно не хватает. А отгадать...
Среди этих героев нет Мирабо? Он мне знаком более-менее, по очерку Манфреда. То, что нет Лавуазье, я поняла. У него выбор книг был бы другой, это очевидно.

Мне кажется, что под номером 4 - младший из братьев Шенье, Мари- Жозеф. Я не знаю, как его судьба сложилась после революции, но у героя просматривается такой явный интерес к театру.
Под номером 6 - Элизабет Дюпле (Леба). Я читала, что она уехала из Парижа, выйдя замуж за одного из братьев Филиппа. Мне кажется, она должна была остро переживать брюмеровский переворот, как крушение идеала своего первого мужа.
Под номером 7 - Жан-Ламберт Тальен и Терезия, "Богоматерь Термидора". Отгадать мне помог очерк Серебряковой. Так живо все это представила.
Других предположений у меня нет, к сожалению.
caffe_junot
20 авг, 2008 18:25 (UTC)
Э.П.

1. «Хорошая библиотека оказывает поддержку при всяком расположении духа. Мои взгляды были действительно моими: книги меня просветили, но не поработили.»
Сравните: «…я, к счастью, не среди тех, кто становится рабом своих книг. Я советую не пренебрегать библиотекой. Никогда. Какое бы настроение у вас ни было, если ваша библиотека хороша, она сослужит вам хорошую службу…»
Конечно, можно было предположить, что загадчик просто использовал слова Талейрана. Но мне показалось, что =этот= Талейран (то есть Талейран в =этой= трактовке, в общем и целом, от завитых локоном до манеры держать чашку) мне уже знаком, м-ль Амели. :)))

3. Если не ошибаюсь, это Талейран (и никто иной!) от товарища И.
«Со временем голод притупился, а вкус мой сделался тоньше. Я стал ценить книгу не только за ее содержимое, но и за качество бумаги, печати и переплета, а также за славу. Ведь так мы оцениваем и вИна. К тому же, не стоит забывать, что обладание редким вином, породистой лошадью и ценным изданием помогают нам укрепиться в мнении общества…» -- суждение человека, знающего пружины светской жизни. Да и =динамику= жизни улавливающего.
О подсказках-реалиях я даже не говорю. Хотя, честно говоря, я не так уж уверен, что сумел бы без них вовсе обойтись и придти к тем же выводам.

4. Стендаль для этого персонажа - значительно моложе, к тому же по трактату «Расин и Шекспир» судя, к Расину у товарища Бейля было другое отношение. :)
Ну-с, определив для себя хотя бы, что данный вариант не подходит, стал искать другие.
«…В моей жизни было много моментов, которые заставляли меня страдать. Я терял дорогих мне людей, я жил с людьми, которых ненавижу… И всегда, всегда я находил успокоение в книге. И я помню книгу, которая поразила меня больше всего. Она пришла ко мне в тот момент, когда я потерял самое дорогое для меня живое существо.» -- Кто у нас в ранней юности потерял мать? Не Бийо и не Колло. Барер – но в 30 лет. Другие – в совсем уж раннем детстве.
Впрочем, пришла мне одна мысль. Не знаю, насколько она соответствует биографическим сведениям, но это может быть Филиппо Буонаротти.

5. Улица Черутти – товарищ Очевидец, ты бы еще номер дома указал. В комплекте с итальянцами однозначно Барер. :)

6. Ф. – Фреван, А. – Аррас. Я не знаю, был ли брат Филиппа Леба нотариусом и кем он вообще был. Кстати, неизвестно наверняка, были у Бабетты другие дети, кроме первенца Филиппа. А Мольер понятно при чем: в поездке в Страсбург осенью 1793 года, в которой принимали участие комиссары Сен-Жюст и Леба, Бабетта и Анриетта, в дорожном дилижансе они декламировали Мольера. Вот так у меня все карты сошлись. Товарищ Л., это Вы постарались?..

7. Замечательная Тереза Кабаррюс и Тальен от Натали. Я вижу, Вы за него всерьез взялись?.. Сначала мне показалось, это с обеих сторон игра на публику (как-то мне виделись двое граждан из местной администрации, сопровождающие представителя народа), но потом сцена изменилась. Между прочим, интересно, как общий лексикон эпохи используется именно Тальеном и Терезой, прежде всего Терезой, т.к. ее реплики легко восстановить.

2 – все верно, Эро. Бельар. Шамбери. Монблан. Руссо-Гельвеций-Паскаль.
Представил себе, как ему бывает неуютно там в горах, не зажила еще рана после гиьели Ле Пеллетье; трудна ответственность, и одновременно приходит ощущение полноты жизни, не вымышленной, книжной или даже парламентской, а донельзя реальной, повседневной.
caffe_junot
20 авг, 2008 18:26 (UTC)

АиФ

На сей раз мы пришли по всем пунктам к одному мнению.
1 - безусловно, Талейран. Время определить не так просто, но, принимая во внимание условия, 1800 год. Талейран с большим опытом.
2 - Эро де Сешель. Опознается уже по фразе "почтительное внимание не заменяет непринужденной беседы". Тут все сразу, особое положение и в силу обстоятельств, и вследствие его "социально-культурной принадлежности".
3 - Верно, верно. Опять Талейран. С Бомецем оин отплыли 3 марта от берегов Альбиона. :)
4 - ну это-таки художник или скульптор. И кроме Топино-Лебрена никто не приходит, но противоречит этому возраст (в 1800 году он еще молод), море за окном и... Гражданка, которая загадка загадала, скорей всего выберет кого-то другого :). Так что - без окончательного ответа.
5 - и по набору хорошо узнаваем, и по тому, что живет без собственной библиотеки, "на времянке", раз даже собственного Рейналя и Мерсье нет. ББ.
6 - Бабетта, по всем признакам, живущая во втором браке в Фреване. О Мольере упоминает апокриф Левандовского (Филипп, Бабетта Анриетта и Сен-Жюст декламировали Мольера по пути в миссию к Рейнской армии).
7 - Тереза Кабаррюс, экс-маркиза Фонтене, и Тальен. Писано по мотивам Шиковского? :)

СПАСИБО, граждане коллеги!
caffe_junot
20 авг, 2008 18:26 (UTC)
и маленький спор...
Амели

Мы с мамой отгадали двоих. Вернее, обоих угадала мама. Г-на Талейрана, который отплывал, и г-на Барера.
Обоих наших персонажей мы загадывали вместе.
Г-на Талейрана, которого все узнали, и г-н Э.П. даже узнал мою руку... И... Г-на Бейля, которого опять никто не узнал.
Но это моя вина - я не правильно поняла условия загадки.
с благодарностью, удовольствием и желанием сыграть во что-нибудь еще.

Очевидец
И... Г-на Бейля, которого опять никто не узнал.
------ Назвать-то его как раз назвали, гражданин Э.П. в своих размышлениях.
Причем мотивировал, почему отказывается от своей же версии: 1) Стендаль, родившийся в 1783 году, якобинцем в 10-12 лет быть никак не мог. А после 1797 какие вообще якобинцы? :) 2) Отношение его к Расину - почтительнейшее, и Стендаль превозносит благородство трагедий Расина.
joachim_murat
22 авг, 2008 11:22 (UTC)
а мой ответ прост и не затейлив - я, как всегда, ничерта не угадал :) зато я - красивый!
vive_liberta
22 авг, 2008 12:34 (UTC)
Полноте, гражданин маршал. Талейрана на корабле и ББ с улицы Черутти отгадали же.

зато я - красивый!
Конечно! И пусть только кто-то усомнится. :)))
joachim_murat
22 авг, 2008 12:36 (UTC)
я не угадал ни Талейрана, ни ББ. Это Сандрина с Амели угадали. А я про корабль вообще по-началу не заметил пост, а про улицу Черутти подумал на Бонапарта! я ж гений! это мне еще любимый тесть говорил :)
caffe_junot
22 авг, 2008 14:48 (UTC)
ну, я расшифруюсь до конца №5

"книготорговец Ш.П." - собирательный образ. Шарль Панкук - никнейм.
Париж, улица Черутти - фактический адрес проживания
** сентября 179(нрзб.) года - 1799. Хотя, потом подумал, надо было ставить 1800, конечно же. Вот почему.
В это время ББ начинает работать над "Свободой морей" по госзаказу Бонапарта и одновременно переводит с итальянского сочинения (из дружбы с итальянскими якобинцами? возможно).
Перевод "Ночей" Юнга - тоже историческая реалия.
Мерсье, закадычный враг, и Рейналь, авторитет в области права, тоже ему нужны для работы. Своя библиотека далеко в Пиренеях, и то вот-вот с молотка пойдет. Зарабатывать на жизнь приходится журнальными опусами.
Такая ситуация. И я ее сошибками, но воспроизвел. (Далее следуют оправдания, что я играть не настроился, решил в последний момент, и т.д., и т.п. :) )
caffe_junot
22 авг, 2008 15:20 (UTC)
следую примеру товарища Очевидца
Ход рассуждений о гражданке в этюде 7 был в большинстве случаев верный. Товарищ Э.П. все изложил очень точно. Но вывод чуть-чуть отклонился от прямого курса.
Я ведь предупредила - апокрифическая реконструкция. :) Это была Анриетта Леба, вернувшаяся во Фреван.
caffe_junot
22 авг, 2008 15:21 (UTC)
не 7, а 6! :)))
"Пардон, - ответил Великий Комбинатор, - после лекции я немного устал." (С)
caffe_junot
22 авг, 2008 17:06 (UTC)
№ 2 (все уже ясно, но для порядка)
Я старался придерживаться известных фактов и даже, как сказали коллеги, переусердствовал в этом. :) Фантазийная, или реконструктивная "часть" - настроение Эро в миссии. Но и тут есть кое-какая зацепка в реале: брошюрка для популяризации новых идей среди обитателей Верхней Савойи, написанная и изданная им, рисует картину отношений с окружающими, что называется, "игрой в одни ворота". Отдушина - письмо.
Почему адресатом я выбрал Бельара? Ну, это выбрал уже не я, а персонаж. Может быть, Эро рассчитывал на то, что Бельар, по обыкновению, начнет спорить, а Эро нужна некоторая эмоциональная встряска. (Его горе после гибели Ле Пеллетье, с одной стороны, с другой - кто был в горах, на виду у вечных снегов, тот, наверное, поймет... Хочется почувствовать себя ближе к земле, к настоящему.)

ВСЕМ СПАСИБО! Товарищ Л., мы ведь призы будем раздавать, от администрации Шарантончика?
caffe_junot
22 авг, 2008 17:19 (UTC)
но однажды Талейран был в одной из дальних стран № 3
Тогда и я во всем сознаюсь чистосердечно.
Талейраном на этот раз "рулил" я, разумеется, обращаясь к товарищу Анне за советами :).
Источник - мемАУры персонажа.
Хоть Талейран и говорит, что пристрастился к чтению в семинарии, ряд других отрывков и замечаний скорее свидетельствует, что заядлым книжником он не был. "Престиж" той или иной книги играет для него роль не меньшую, чем содержание. И еще: его ум острый, но есть в нем некоторая леность и снисходительное отношение к мыслям других, в нашем случае - к авторам. Он так их по плечу похлопывает: "МОЙ милый Дефо", "МОЙ дерзкий... Маккиавелли".
Талейран не сентиментален. Или его сентиментальность проявляется особым образом. Привязанность к вещам. К книгам он относится все-таки как к вещам. И в этом его эгоизм: он не может не любить то, что ему принадлежит.

P.s. Я приготовился выложить свой сочинизм и увидел этюд Амели-Сандрины. Тогда-то я и вычеркнул две прямые цитаты (о настроении ио независимости от книг).

Еще раз - спасибо за игру! Хотя она продолжается, вообще-то :)
О призах тоже подумаем.
caffe_junot
22 авг, 2008 18:13 (UTC)
ну, тогда я скажу, прежде чем внять Козьме Пруткову
и на сегодня заткнуть свой фонтан красноречия :)))

Когда господин Мюрат (поклон в его сторону) предложил условия игры, я поставила перед собой такую задачу-максимум: составить список книг в таком роде, как приведен у Роберта Дарнтона в одной из глав "Кошачьего побоища..."
По-хорошему, нужно представлять себе:
1) наиболее крупные издательства и заметных издателей;
2) книжный "рынок" выбранного периода, включая как заурядные тиражи, так и раритеты, а также ограничения на распространение конкретных книг (можно было бы сыграть на том, что у персонажа - запрещенная книга имеется, к примеру);
3) я не думаю, что любимыми и наиболее читаемыми в 18-м веке были именно те книги и авторы, которые наиболее известны нам! наверняка прочные позиции занимали и литераторы "из второго ряда". Но для этого надо знать не только имена кребийонов и названия их романов, но и знать содержание, чтобы сопоставить со вкусами и взглядами персонажа!
По сути дела - нужно исследование.
На которое у меня не хватило сил, времени и азарта. :(

Анриетта, поверьте, граждане, явилась вдруг, сама собой. Я и не думала о таком апокрифе...
caffe_junot
22 авг, 2008 18:34 (UTC)
от администрации Шарантончика
Для L del Kiante – сад в Кордове
Для мистера Невилла - Эдинбург
Для С-Нежаны с дайрей будет красивый натюрморт.
А для Амели и Сандрины - Лувр.
Для маршала Мюрата, устроившего нам это славное развлечение, - Люксембургский дворец.

Гравюры 1830-х годов.

Это «превьюшки» не больше 150 кб, всем другим на зависть. :)
Ждите по почте больших картинок, которые можно распечатать и на стенку повесить!
lillibulero
24 авг, 2008 17:59 (UTC)
благодарю!
И для вас - <a href="http://static.diary.ru/userdir/8/0/8/2/808233/32471085.jpg>автопортрет Анжелики Кауффман, сделанный ею в Италии</a>.
joachim_murat
24 авг, 2008 19:32 (UTC)
Re: от администрации Шарантончика
хотим!
vive_liberta
22 авг, 2008 19:08 (UTC)
что ж дальше будет???
это я только о своей памяти, граждане... :(((
У меня получилось точно как в анекдоте: пациент у психотерапевта; проблема, доктор - мне кажется, что я говорю, а оказывается, меня никто не слышит... и т.д. излагает свою беду с примерами. Дохтур: "Ну что, так и будем молчать?"

Я ведь все эти дни пребываю в полной веренности, что предложила свои отгадки и объяснила про этюд № 7... А что будет со мной, когда учебный год начнется??? Лечиться надо, Наталья Андреевна.

Ну, что? Честно-пречестно, я думала
1 - Талейран,
2 - Эро,
3 - сначала предположила кого-то из ссыльных в Гвиану, даже на Бийо подумала, потом спохватилась - 1794 год! В общем, пошарив по книжкам, установила Талейрана,
4 - была твердо уверена, что Бийо, очень подходит,
5 - не отгадала совсем,
6 - меня почему-то занесло на Софи КОндорсе... Почему, и сама не знаю. И только в последний момент дошло, что маленький городок Ф. рядом с большим городом А. - это Фреван и Аррас. Но я тоже не догадалась до Анриетты, думала - Бабетт Леба во втором браке.

Загадка мистера Невилла (надо ее скопировать, кстати, с дайрей) - я бы предположила Карно-старшего.

7 - это мы. С Терезой и Тальеном. Второй раз за короткое время у меня Тальен объявляется. Это не к добру.
Граждане, я не знаю, чего в их разговоре больше, полуправды или полулжи. И правильно заметил товарищ Э.П., "как-то мне виделись двое граждан из местной администрации, сопровождающие представителя народа" - все верно! Они работают на зрителей, и она, и Тальен.

(пошла думать на счет призов!)
marianne68
23 авг, 2008 20:19 (UTC)
Опоздала :( Но приди я и раньше, узнала бы только 7 - Тальен+Тереза Кабарюс.
Как с опоздавшей, с меня штрафная:

Daniel Guérin Portrait d'un communiste libertaire
http://pagesperso-orange.fr/libertaire/portraits/guerin.htm

Daniel Guérin’s dialogue with Leninism
http://www-staff.lboro.ac.uk/~eudgb/Birchall_paper.DOC
gran_salis
24 авг, 2008 18:58 (UTC)
подтверждаю со всей ответственностью
что мой загаданный персонаж был Сийес. Найти о нем материалы оказалось проще, чем о ком-то другом.
Полностью согласен с миледи Л., надо хорошо знать не только выдающиеся книги и их авторов, и книжную обыденность той эпохи тоже.
Я "за" продолжение и углубление книжной темы.

От меня всем участникам - портрет принца Уэльского и принцессы, рисован в 1850 году по повелению королевы Виктории. (Хвастаюсь - хорошее качество скана. :))
vive_liberta
24 авг, 2008 19:03 (UTC)
тогда -
продолжаем!
( 28 комментариев — Оставить комментарий )

Profile

к порядку дня
vive_liberta
Натали Красная Роза
Vive Liberta!

Latest Month

Январь 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Метки

Разработано LiveJournal.com
Designed by phuck